Вскоре все погрузились в сновидения. И всем снилось одно и то же: «А теперь что?»
Сколько народу! Небытие принимало путешественников во второй раз, но впервые — в таком количестве.
Затем Анри, не вдаваясь в подробности, способные задержать возвращение рая, кратко изложил положение дел. Говорил он негромко, словно не желая, чтобы его услышали все души.
— Я полагаю, что в аду больше не осталось дьяволов. Ад больше не существует таким, каким мы его себе представляли. Тонтон выведет нас в рай. Все наши новые друзья, во всяком случае, уже провели в аду достаточно времени, чтобы искупить свои грехи. И, как сказал один известный современник: «Кто я такой, чтобы судить?» Благодаря Тонтону мы также возвращаем всех изгнанников рая. Мы будем сражаться с этой ужасной армией дьявола. Но мы далеко не одни. Не забывайте: эти души, которых мы спасли, вряд ли склонны защищать Розу Ветров и его сообщников.
— А по-моему, это превосходная дея… Что я говорю?!… Идея!
Мэрилин добавила с мрачной мыслью:
— Нельзя забывать об одном: они больше не могут пасть жертвой искушений, ведь те связаны с материальными вещами. И уж наверняка им не хочется вновь переживать ад мучительного недостатка любви!
— Представьте остров, на котором миллиарды Робинзонов Крузо хотели бы провести выходные со своими Пятницами, но так никогда бы их и не нашли, — дополнил Анри в своей причудливой грёзе.
— Мы видим, как это печально. Но если Бог решил именно так… — добавил грезивший ангел, который был совсем «не в своей картошке».
— А вы сами когда-нибудь видели Бога? — спросил Анри.
— Нет. С самого начала он всё поручал другим, передавая мысли. Он был и вправду слишком занят. И всё это было для него так же ново, как и для нас.
— А я его уже видел!
— Вы?... Тонтон!
— Да, и, думаю, это высшее существо никогда бы такого не допустило. Но почему же мы не видели его при всём том, что сейчас утомляется… Что я говорю?! Происходит!
— А как он выглядит? Мы все хотим знать.
— Даже если я вам это ре́дис… расскажу… Что я говорю?! Рассказал. Ведь он иногда меняет облик.
— Быть может, великий перфекционист отдыхает после ещё одной трудной недели, — грезила Мэрилин.
Неужели Анри Тутрек превратился в доблестного воина? Он принялся мечтать и о многом другом — на этот раз вслух, чтобы все слышали.
— …Нужно отвлечь всех помощников Розы — этих ненавистных маленьких чертей, сущих воплощений зла. К тому же их завоевания, вероятно, ещё не закончились: необъятные просторы потустороннего мира невозможно измерить.
В небытии все старались помочь: предлагали идеи, дополнительные планы, новые хитрости. Все, кроме невероятно прекрасной чернокожей женщины, которая снова принялась искать родственную душу, держа в руках куклу вуду.
Тем временем в раю царило полное смятение. Оставшиеся там служители добра, будь то ангелы или полулуны, так или иначе сделались жертвами адских сил.
Наступление генерала Розы продолжалось. Развлекаясь, он принялся переставлять найденные в раю художественные творения Бога, разбрасывая их по всему великолепному месту, теперь превратившемуся в жалкое бедствие.
Роза основательно переделывал эти произведения, например копию «Тайной вечери» Леонардо да Винчи. Она давно стояла у него поперёк горла! Ему всегда досаждало случайное сходство с Иудой на картине итальянского гения. Эта настенная роспись темперой не давала ему покоя столетиями. Он изменил лицо Христа, сделав его болезненно-бледным и придав чертам сложность и точность. Судя по цвету лица и его строению, теперь у Христа была голова Розы. Парадоксально, не правда ли? Ведь говорят же, что дьявол кроется в деталях.
Что до Иуды на той же картине, после переделки он стал лицом похож на Анри Тутрека. Странно!..
Всякий раз, когда Роза переделывал скульптуру, картину или что-либо ещё, затевались нескончаемые празднества, напоминавшие декадентские оргии заката империи.
Он даже устроил состязания римских колесниц: ужасные черти, переодетые центурионами, восседали на ангелах, превращённых по случаю в скаковых животных, и хлестали погоняемые ими упряжки святых.
Роза с удовольствием посмотрел бы, как львы и другие хищники пожирают христиан. Но райские животные неагрессивны, и чёрная магия на них не действовала. Поэтому эту часть представления заменили корридой со святыми вместо быков. Демоны орудовали трезубцами, словно пикадоры пиками.
Прежде чем продолжить путь ещё дальше в вечность, в завершение торжеств по поводу перемещения и переделки художественных творений они курили траву. Вернее, ауру травинок… Приспешники генерала неизменно заканчивали эти развлечения самой что ни на есть дьявольской оргией.
И что это были за оргии! Можно было сказать, что они, не зная меры, поедали самого Господа Бога. Духовный эликсир из белой реки они пили, будто это была всего лишь святая вода. Черти предавались плотским утехам со святыми женщинами без их согласия.
Ангелов также принуждали играть в покер с последователями Розы, которые всякий раз обирали их до последнего пёрышка… Отряд херувимов танцевал балади. У каждого в пупке лежал маленький шарик мятного мороженого, приготовленного самими херувимами — тонкими гурманами.
Их танец заканчивался тогда, когда десерт таял.
Генералу хватало нескольких мгновений, чтобы изменить облик и местоположение Божьих творений. Для него всё это стало бесконечным праздником. Война Розы Ветров напоминала ад больше, чем сам ад. Его войско продолжало свирепо вторгаться повсюду. Сам же генерал, немного утомившись от бесконечных, шумных и в конце концов пресных приёмов, продолжил исследовать рай — на этот раз один.
Во время одной из таких оргий, там, где чертей было меньше всего, Тонтон широко раскрыл пасть и высадил всю группу. Из неё вышла огромная толпа, отныне защищённая от зла. Тонтон Максим держал пасть раскрытой достаточно долго, чтобы все успели выйти за одну минуту. Многочисленные спасённые души, прибывшие прямо из ада, рассеялись вокруг. Первыми вышли Мэрилин, Анри, Кожура и Чёрная Венера.
Тут они увидели райские души, которых не отправили в ад. Те лежали перед ними на земле, почти не шевелясь, с закрытыми глазами, бредя и мучаясь от жесточайших галлюцинаций.
Некоторые демоны, став пассивными, ждали новых приказов отсутствующего Розы. Не творя больше ни зла, ни тем более добра, они слонялись туда-сюда. Черти и чертята уже не гонялись даже за хилыми херувимами. Вообще ничего не делали: приказов не поступало. Неужели соревнование закончилось? О хвосте Розы больше никто не беспокоился.
А дело было вот в чём… Во время своего одинокого путешествия главнокомандующий обнаружил в уголке рая пещеру, скрытую за огромными стеклянными дольменами. Он пробрался в этот грубоватый лабиринт, напоминавший коридоры из стёкол и кривых зеркал на бродячих ярмарках. Там Роза нашёл весьма необычный прозрачный компьютер и без раздумий завладел им. Устроившись поудобнее, он решил пошевелить… мозгами.
Неужели этот аппарат был материальным творением, которым Бог пользовался на досуге?
«Даже если ты дьявол, всё равно любишь иной раз отдохнуть и расслабиться», — неловко подумал он.
Этот аппарат обладал удивительной способностью погружать на расстоянии в сон любое существо, способное видеть сны. Более того, он позволял наблюдать сны всех существ, а главное — сочинять их. Нечто вроде видеоигры, соединённой с программой для написания кода. Для Розы машина быстро стала неиссякаемым источником забав. Изменив её, он даже нашёл способ создавать ужасающие кошмары. Первыми пострадали от этой технической переделки обитатели рая — те самые, которых только что увидели Мэрилин, Анри и Кожура. Но Роза этим не ограничился… Он распространил злобные чары на всех живых существ Земли (и не только). Каждому, кто умел видеть сны, он насылал жестокие кошмары.
К счастью, Роза Ветров не заметил новых пришельцев из ада: от него их укрыли и оградили небытие и Тонтон Максим. Поэтому он не смог мучить их, насылая кошмары.
Благодаря этому удивительному устройству Роза мог даже возвращаться в прошлое. Он заразил минувшее, и это изменило настоящее и будущее человечества. Так генерал изобрёл проекции с пагубным действием и посеял несчастья на Земле.
Прежде у людей возникали добрые идеи, и счастливые замыслы воплощались в жизнь. А пагубные проекции заставляли поверить, что несчастья неизбежны, и устраивали всё так, чтобы те непременно случились. Для этого Роза Ветров внедрял «пророческие» рассказы в сны некоторых людей прошлого — например, поэта Нострадамуса или, среди прочих, шизофреника с Патмоса.
Не перегрузил ли Роза компьютер? По куполообразному экрану стремительно двигался красный предмет, похожий на клоунский нос.
Предводитель чертей так увлёкся, что перестал замечать течение вечности. Он развлекался. Однако он смотрел на светящийся экран так пристально и долго, что почти ослеп. Зрение ухудшалось, но Роза всё продолжал выдумывать скверные шутки. Он придвигался всё ближе к экрану и наконец поднёс к нему голову так близко, что её втянул и захватил красный «католический катод», похожий на клоунский нос. Голову отсекло начисто. Некоторое время она переходила из одного сна в другой. Но в компьютере был отсек для отбракованного. Именно благодаря этой особенности машины кошмар Розы Ветров почти закончился: его голова сама выбралась наружу, левитируя.
— Что это ещё за проклятая штука? — подумала голова Розы.
Возможно, его голова уже никогда не прирастёт к телу. Тем временем обезглавленное тело, ощупью пробираясь то на четвереньках, то на ногах, совершенно потеряв ориентиры, с великим трудом и без малейшего достоинства выбралось из пещеры, не проронив ни капли крови.
Снаружи пещеры тело Розы бродило среди душ, переживавших кошмары. Ни один демон его не узнал. Без головы Роза Ветров оставался незамеченным. Быть может, демоны хитры, но и весьма глупы.
Они потеряли след вождя, который потерял голову. А та отправилась на поиски своего тела. Но компьютер создал специально для Розы проклятие — своего рода антивирус. Голова и тело двинулись в противоположные стороны.