Кожура Картофеля, со своей стороны, поспешил разыскать супругу, дорогую Гюли-Гюли, чтобы прийти ей на помощь. Он очень тревожился о том, что могло с ней случиться. Каким извращённым мукам подвергли её маленькие дьяволы? Не пытали ли её ужасным образом патокой?
Если Кожура был растерян, представляя, в каком, возможно, неприятном положении оказалась его жена, то что уж говорить о её собственных страхах? Она никогда прежде не видела, чтобы он возвращался к ним домой с целой компанией незнакомцев. Сначала она немного его отчитала. Разве это не естественно?
— Кожура, ты хоть видел, в котором часу возвращаешься?! — воскликнула она, уперев руки и крылья в бока. — Нет, ну в каком же ты виде! И кто эти твои приятели по похождениям?
— Бедная Гюли-Гюли, ты так любишь меня, что беспокоишься о моей судьбе больше, чем о своей собственной!
— Да, это правда! Мы так испугались! Но что случилось, и где Бог?
— Мы знаем не больше тебя. Наверное, незачем объяснять, что Роза Ветров вторгся в рай. Но не волнуйся: осталась лишь горстка демонов, которые безуспешно его разыскивают. Анри, Мэрилин и Тонтон гонятся за ним, — успокоил её Кожура.
К изумлению нескольких святых, бывших бесенят и других душ, сопровождавших Кожуру Картофеля, два ангела страстно поцеловались. Когда такие существа целуются, это зрелище стоит увидеть. Но ещё важнее — услышать. Когда их губы соприкасаются, раздаётся низкий, протяжный, но приятный звук. А если они приоткроют рты, позволяя языкам соединиться и нежно скользить друг по другу, этот непрерывный звук переходит в гармоническую фазу и из их глоток начинают доноситься всё новые и новые прекрасные свистящие мелодии.
И всё же этого страстного поцелуя оказалось недостаточно, чтобы достучаться до Бога: он по-прежнему им не отвечал.
Телу генерала очень хотелось бы поразмышлять вслух, не сознавая, что, колотя себя по лбу, оно в конце концов приготовит себе третий глаз. Вот только оно всё дальше удалялось от своего парящего нароста — этой крикливой и липкой головы. Однако его голова, как и подобает хорошему стратегу, поручила бы задание любимому сержанту, Минусу Кюлю, сказав...
— Дерьмецо ты моё!.. (Так Роза ласково называл своих слуг.) Ты и остальные вернётесь на завоёванные территории и проверите, всё ли там в порядке. Завтра присоединитесь к нам. Не забудьте, что мы будем немного западнее. Свободны.
— Никаких проблем, мой генерал! Клянусь Минусом: если возникнут затруднения, я сам всё улажу, как взрослый!
— Только не наделайте глупостей! — ответила бы ему моя голова. — И вообще, хватит болтать! Я поручаю вам лишь прощупать обстановку, и ничего больше! А ну, прочь! Приступайте!
Моя голова тогда догадалась бы, что Минус Кюль вовсе не поспешит разузнавать обо всём, о чём следовало бы доложить. Этот маленький двурогий предался бы своему любимому развлечению, если бы я не призвал его к порядку. Ведь он уже давненько не заглядывал под платья ангелов...
Так размышляло тело Розы.